Алькор (allkorr) wrote,
Алькор
allkorr

Приключния Эгона Борна - 11.

Свет мой, зеркальце…


С Великой Карунской войны прошло полвека, прошедшие её победители жили так, словно заново выиграли в саббак военную молодость – и сгорали один за другим. Горинг всё чаще отмечал памятные даты в одиночку: своих не осталось, а с другими не хотелось. Когда, сорок лет спустя, появились «блэки», стало легче. Окончательно прекратил сольные поминки экс-коррибанский, а ныне карунский спецотряд, почитавший комэска живой легендой. Но Горинг быть легендой категорически не желал.
Ах, да… я легализовался. Профессор Борн, археолог, карунский университет. Видели бы вы при этом лицо магистра Тосокори!

Для начала команда сварганила нечто ностальгическое из конденсата системы охлаждения. Я сказал, что это пить не буду. Ни за что! Тогда они пообещали сварить компотик лично для меня. С ягодками. Я сделал вид, что обиделся – и пусть жарят мясо сами. «Это шантаж!» – объявили мне. Да, сказал я, шантаж. Шантаж мне по штату положен, вместе с коварством, злобой, неблагодарностью и далее по списку. В ответ раздался издевательский хохот. А Горинг залез в сейф, достал бутылку коллекционного вина и объявил, что для него и оно компот. Я глянул на дату выработки, судорожно сглотнул и понял, что мясом на скорую руку не отделаюсь.

В Калишарском нагорье произрастает редкая пряность. За её цену хатт повесится, но я-то платить не собирался. Подумаешь, сбегать наверх и обратно – не «семитысячник»!
Почему пешком? Летать там невозможно, туман хоть ножом режь, ни один радар его не берёт. Скалы, расселины, неучтённые воздушные потоки… в общем, ножками-ножками! И одарённость на плато не работает.
Для подъёма я выбрал каменную осыпь, свободную от растительности. Обломки мягкой породы проседали под подошвами, но утянуть вниз не норовили, и я бодро топал сквозь туман, распугивая окружающую живность. Из-под ног метнулась в сторону рептилия, я от неожиданности шарахнулся в другую. Осыпь дрогнула, но выдержала. Я схватился за колючую ветку, та впилась в ладонь и была с шипением послана к хаттам. А за кустом обнаружилась не заметная с тропы расселина.

На белые звёздочки местного бессмертника я набрёл почти у вершины. Вид оттуда открывался сказочный: туман под ногами океаном, всплывающие рифами скалы, прозрачное бездонное небо. Я нарвал астериксов с запасом, чтоб и на букетик хватило, и этим проглотам в жаркое, бережно упаковал добычу, посидел немного на холме и начал спуск.
Через двадцать шагов я понял, откуда такие цены.
Дружелюбная на подъёме осыпь радостно посыпалась вниз, норовя утащить за собой на скалы поострее. Сапоги проваливались по щиколотку в жёлтую пыль, забившую рот до невозможности дышать. Глаза слезились, равновесие держаться отказывалось. Я уже начал идти по краю, вцепившись в колючки, но тут вспомнил о расселине. Кажется, она вела вниз?
Она вела вниз.

* * *

Виток, другой, третий… тропа оплетала гору свёрнутой в кольца верёвкой. Низко над головой смыкались ветви, наверняка меня не видно с воздуха. Судя по вбитой в землю траве, здесь полно зверья, и оно не штурмует гору в лоб, словно залётный приключенец с замашками неумелого скалолаза!
Прогулка оказалась даже приятной. Я перепрыгивал мелкие промоины, перебегал по брёвнам ущелья, зачёрпывал ладонью воду из ручьёв. И у небольшого водопада неожиданно наткнулся на дольмен. Рядом со стволом засохшего дерева, сплошь увешанного рваными полосами ткани.
А место-то посещаемое! И непростое: я уже начал что-то чувствовать, одарённость возвращалась. Сильнее всего тянуло от крайнего, отдельно стоящего валуна. Значит, мне туда!

За валуном обнаружился ещё один, в форме чаши, залитой водой по края. Казалось бы, ничего необычного… но валун стоял вертикально. Вода тоже. И в этой зеркальной глади, попиравшей все законы физики, отражалась моя изумлённая физиономия. Нет, не совсем моя… старше.
- Чего смотришь? – заявило зеркало.
- Эээээ… - я сел на траву.
- Что «э»?! Пришёл, так говори, куда возвращаться будем?
- Возвращаться?
- На год назад, на два, на десять… что поменять хочешь?
- Поменять? В прошлом?!
- Ну, не в будущем же! Его ещё нет, не знал?
- Как-то не задумывался.
- Не задумывался… все вы не задумываетесь! Молодым кажется, что жить им ещё долго, всё успеют. Старым платить жалко, дни поштучно считают. А мне из-за вас впроголодь жить?!
- А чем тебе платят?
- Годами, конечно! Насколько назад, столько и отдай.
- Недёшево.
- Зато проживёшь, как хочешь, а не как сложилось. Ошибки исправишь…
- Со вчерашними мозгами? Это вряд ли!
- Прошлый опыт никуда не денется. Решения будешь находить инстинктивно, – теперь зеркало говорило напористо. – Показать?!
- Бесплатно?
- Разумеется. Смотри!
И я увидел.

Коррибанский тронный зал. А на троне – кто бы мог подумать?! – восемнадцатилетний Лорд Борн! Дёшево покупаешь, зеркальце…
- Не торопись! Ты убил Тёмного Лорда, чтобы спасти Сайшела.
Пауза.
- Мне удалось?!
- Конечно! Ты же не мог вечно вытаскивать его из-под завалов? Пришлось убрать заказчика.
Хммм… логично. Я бы так и сделал. А потом удрал. Кому нужен трон – деритесь!
- И что дальше?
- Дальше – за плату. Показывать?
- Не торопись. Я думаю.
Итак, меня угораздило занять трон. Без поддержки на нём не усидеть, а её у меня не было, у Сайшела тоже. И сбеги я хоть тотчас же, убивать всё равно будут: победивший узурпатора лидирует в драке за титул. Значит, чтобы выжить, Тёмным Лордом придётся стать. Всерьёз. Чтобы им стать, нужна поддержка, а её нет. Придётся бежать, но тогда нас убьют… вьётся, вьётся верёвка-мысль кольцами вокруг горы… тупик. Нет выхода.
Но… предположим: мне удалось. Что дальше? А ничего. Я не Марка Рагнас и не Экзар Кан. Один из ряда Тёмных Лордов, строчка в истории, тире между датами, не хуже и не лучше других. Будет жив Сайшел – надолго ли? До его республиканских недругов не дотянуться. Но точно погибнет Горинг. Следом за ним перебьют «блэков» – некому будет научить их воевать. Разменной монетой ляжет мой отряд в пограничных стычках. Превратится в «растение» Киатара. Умрёт от заражения крови Виджет Илер. Вымрет пара никому не нужных племён на заштатных планетках – какая ерунда в масштабах Вселенной! И не будет в моей жизни ни Рикара, ни Шерна, ни Санши…

* * *

Шерн, десятый из «блэков», потомственный мандалорец, носил лётный шлем даже в столовой. Мол, традиция. Но есть в шлеме неудобно, и традицию приходилось нарушать. А когда в наше звено перешла сестра Рикара Санши Пареши, традиция пискнула и умерла без надежды на воскрешение. Впрочем, Санши было не привыкать перекраивать мир по-своему. Меня она заново научила смеяться.

Война войной, а премьера премьерой. Университетский театр задумал ставить древний водевиль с банальнейшим сюжетом: юные влюблённые против самодуров-родителей и престарелого жениха. Но был там совершенно потрясающий вставной номер: песня и танец прекрасной кочевницы. Никто не удивился, когда эту роль предложили восходящей университетской звезде вокала, по совместительству «блэк-восемь».
Вечером накануне премьеры заплаканная Санши выдернула нас из кантины с криком: «Ребята, выручайте, всё пропало!» Оказалось, танцевальная труппа, изображавшая кочевье, снялась со спектакля, поссорившись с режиссёром. А без подтанцовки номер невозможен, ну никак! «Ребята, выручайте, а?»
Мы ошарашенно переглянулись. Танцевать не умел никто.

Медленную часть отрепетировали прекрасно: Санши пела, а мы изображали повозку. Каждый из нас мог пронести девушку по сцене десять раз на одной руке, а втроём тем более! Но тут наступило время танца.
Шерн неуверенно огляделся и в один мах провел классический «ногой с разворота в корпус». «Пойдёт?» - с надеждой спросил он у Санши. Та закусила губу. Рикар вздохнул и сел на прямой шпагат. Санши побледнела. Все посмотрели на меня. Я сделал шаг назад и спросил: «А можно я просто так постою?»
«Нельзя на сцене стоять просто так, если ты не мебель!» - закричала Санши. «А у кочевников нет мебели! У них даже брёвен нет!! Они навозом топят!!!» - последнее относилось к Рикару, оживившемуся при слове «бревно». Мы загрустили.
«Может, сценку поставим?» – неуверенно предложил Пареши.
Сценку, сценку… а это мысль! Есть прекрасная кочевница, есть её брат, и в придачу два соискателя руки и сердца, токующих перед избранницей и соперником. Мы умеем драться – вот и поставим драку!

Номер прошёл на бис.
Три раза.
В первый раз нас вызывали, восхищённые необычностью трактовки. Второй раз – когда поняли, что драка не постановочная: мы импровизировали на ходу. В третий раз Санши петь отказалась. Ещё бы, партия сложнейшая, певицам её на терцию повышали. Мы вышли, поклонились – и удрали из театра. Шли по ночному городу, хохоча в три горла. Санши в этом безобразии не участвовала, берегла связки. Но улыбалась до ушей.


* * *

А НЕ ПОШЛО БЫ ТЫ, ЗЕРКАЛЬЦЕ, В ДОЛЬМЕН!!!

Головокружение.
Тьма.

* * *

Дёргающая боль в ладони – там, куда вонзился шип. Во рту железистый привкус. Отравление? Аллергия на жёлтую пыль? Кислородное голодание? Не знаю, мне нужно вниз…
Я стоял, вцепившись в колючие ветки у входа в расщелину, и судорожно прижимал к груди пакет с астериксами.

 



Алькор. 10-01-2009.

 

Subscribe

  • РУССКИЙ КОСМОПОЕЗД

  • (no subject)

    Отпраздновали!!! Спасибо всем огромное, очень приятно было увидеться. Всем космо-котиков!

  • С Праздником!!!

    Я знаю, что многие не любят Soviet March из Red Alert 3. Но этот клип лучше всех иллюстрирует вот это моё стихотворение: Из какого сора сложенный…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments